Где-то за три года до того, как я найду РМ, или скорее, она найдет меня, мое разбитое сердце увлечет меня поэзией, и я начну стихотворить. А некоторые из моих стихов в какой-то мере являлись одами к персонажам из РМ, хотя об их реальности я даже и не подозревал.
Вот эти стихи как оды к Лилит:
Плотность молекул
Любовь твоя — международная франшиза! Ты основала центры грёз в сердцах мужчин, И словно поцелуй морского бриза, Разводила в них серотонин.
...В беспросветной тоске уплывающих кораблей Твои объятия прогоняли стужу, При шуме хрустаюших костей Ты обнимала мою душу.
Много лет прошло с тех пор, Как с корабля я медным изваянием Смотрел в глаза твои в упор, Скрывая тщетно покаяние.
Море аплодировало после катарсиса, И тебе оставалось лишь слушать волны. Я живу, когда плотность молекул каннабиса В смех превращает души моей стоны.
..Я был тебе сыном, наложницей, братом, В Афинах, в Нубии, в королевстве Зверя, Тысячи лет – история с одним результатом: Корабль, море, расставание, потеря.
Мэсми́ра
Мэсми́ра, Мраморное море Застыло блеском твоих глаз, Бесхозный путник с небом спорит — Кто безразличнее из вас;
Быть может тот, в чьих обещаньях Ты утонула кораблём? Иль это ты — туман песчаный, Всех поглощающий живьём?
И от Техаса до Парижа Глотают слуги твой песок, А листья Утро тихо лижет, Как паж — графине между ног.
Мэсми́ра, кто так тихо дышит? Вздохни! — свободна ведь сейчас. Течёт издревле моя крыша, А соль течёт из твоих глаз.
Течёт она подобно крыше Собора Люцр-Нотр-Дам, Мэсми́ра — шёпотом, чуть слышно: «Я сердце демону отдам...»
Демон непорочный
Дева, крикни, да погромче, За тобой дитя идёт: Воплей плод безумной ночи, Что к отчаянью ведёт.
Капли пота на висках, Страсти прерванный полёт, Дева сидя на песках, О любви к нему поёт.
Матерь ей на лоб кладёт Деревянный старый крест; Дочкин демон не уйдёт: Он сидит в утробе...ест.
Дева, крикни, да погромче, Чтоб заклинило курок, Сонный демон непорочный Свой мотает в тебе срок. ——————————————————————
А вот этот как ода к Танит:
Луна
Луна, ты навидалась! Сыта по горло от интриг! О, сколько раз Земля взрывалась И кровью пачкала твой лик!
Затем морями умывая Твой охладевший, серый взгляд, Земля нас заново рождая, Переполняла нами ад.
А мы всё также убивали И братьев меньших, и своих... А звёзды всё равно сверкали Слезами счастья глаз твоих.
Пусть небо будет нам судьёй, Пусть солнце будет, просто будет, Харон с качающейся ладьёй Навек пускай о нас забудет! ———————————————————————
А это я написал аккурат за месяц-два до Розы Мира. Можно сказать, это ода к Богу:
Скажи-ка, Диана, что ты хотела?
Ночи без звёзд. Тот, кто их сотворил — Создал всех нас. Пустота многомерна. Ты заходишь в мой сон и, конечно, дрожишь; Скажи-ка, Диана, что ты хотела?
«Мы — сознание его,» ты говоришь, «Всё сущее — есть сознание Бога.» Я зто знал — и тебя не забыл; Скажи-ка, Диана, что ты хотела?
Целебная пыль подлунных дорог Досталась не нам, но это неважно. Совокупность сознаний называется Бог; Скажи-ка, Диана, что ты хотела?
В матрице грёз не проснётся никто, Покуда любовь так дёшево стоит. Ты извини, что тебя я не смог... Скажи-ка, Диана, что ты хотела?
Не бойся бессмертия, смотри глубоко — Ты в этом сне, и вместе мы снимся Бесконечному Богу: он — есть любовь; Скажи-ка, Диана, что ты хотела? —————————————————————————————
Это уже к Навне, а точнее, ко всем прекрасным душам, составляющим ее Соборность:
Анастасии [кстати, девушку, которая мне отправила тот самый стих про Джордано Бруно, звали Анастасия]
...А правда, что выражать какую-либо радость не свойственно жителям холодной России? — Задал я вопрос, сгорбившись малость, юной Анастасии, — И улыбки ваши — не в пустоту; глаз бережёте блеск для любимых... И женщин ваших красоту, — от холода ль невозмутимых; от алкоголя возбудимых; что так похожи на мечту? — Коль видел раз неисцелимый, Пешком до Третьего он Рима Дойдёт и сыщет в сотнях ту, Чей взгляд в том городе старинном Поймал на каменном мосту...
...И навек потерял. ————————————————————————————
Затрагивал я и тематику реинкарнаций:
Города Марии
[Дамаск]
Мария, украсть тебя хочет бездушный пират; В Сидон унести; прицепить к колеснице, За то, что слывёшь прекрасней в сто крат Финикийской царицы.
[Кордова]
Без меня не дам тебе сделать и шагу, Мария, руками прикрою твой взор, Когда с наслажденьем вонзёт свою шпагу В больного быка матадор.
[Константинополь]
Войска султана сеют панический ужас; Мария дрожит; оглушительный вопль: Дети по щиколотку в алых лужах. Прощай, Константинополь.
[Париж]
На смертную казнь вели меня трижды: Всякий раз — тот же безликий палач. Я найду тебя в следующей жизни, Мария, не плачь...
[Ипсвич]
Мы выходим каждую ночь на охоту; Жертвы прекрасны, как зимний солнечный день, Мария, за тебя свою отдам я свободу, Ежели — одна из ведьм.
[Венеция]
Наша любовь — табу внешнего мира, Мария, нас на каналах застанет сам Зверь; Вместо весла золотую секиру Держит в руках гондольер.
[Санкт-Петербург]
Разводится мост над мутной Невой, Прыгай, Мария, завистливых не слушай подруг! Взгляд не забыть мне печальнейший твой, Обжигающий лёд твоих рук. ——————————————————————————————————
И еще вспомнился стих с тематикой мертвого Марса и чистилищ:
Вальс
Так же резко закончился вальс, Как мир мой однажды — на Вас, И совершенно всё — нa Марсе. Ваш огонь жизнь мне спас, Затем с моим он погас В абсолютном фарсе.
Перевёрнутый седан. Уцелевших немного. Глаза, отчитывающие строго — Это всё такая ерунда. Как безглазый пёс — слепого, Домой ведущая дорога Вела всё время в никуда.
А вечером удушит штиль, Я без Вас ведь как-то жил, Не зная ничего о доме, Где ждёте Вы меня с утра, Как в чистилище — суда Лежащий в коме.
Я жил в трёх разных городах: В одном из них был едкий мрак, В двух остальных — свобода. Остались в первом навсегда Наш вальс и Ваша доброта Нечеловеческого рода.
На смертную казнь вели меня трижды:Всякий раз — тот же безликий палач. Я найду тебя в следующей жизни, Мария, не плачь...
Это только стихи? Или действительно есть что то подобное в памяти о предыдущих воплощениях в энрофе? Даже если и только стихи. Мне нравится. Именно такая поэзия в моём вкусе. С привкусом прошедших эпох и совсем разных стран.
Это только стихи? Или действительно есть что то подобное в памяти о предыдущих воплощениях в энрофе? Даже если и только стихи. Мне нравится. Именно такая поэзия в моём вкусе. С привкусом прошедших эпох и совсем разных стран.
Спасибо. На самом деле у меня глубинная память наглухо закрыта. Так что, полагаю, это были нашептывания какого-то безработного даймона, который от нечего делать, решил через меня воспроизвести это всё))
Из меня стихи выползали тоже весь 1988. И именно вот так. Было ощущение, что я их только записываю, а их кто то мне нашёптывает. А к концу года у меня было чёткое убеждение, что если я продолжу эту практику, то так или иначе умру молодым. И я приложил немалые старания, чтобы убить в себе поэта. Мне очень хотелось пожить подольше, чтобы увидеть как движется исторический процесс. Увидел. И похоже самое интересное в неём для меня начинается только сейчас. А потом как я не раз рассказывал в самом конце 1988 мне сказали что я в стиха подражаю Николаю Гумилёву. Я удивился, как я могу ему подражать, когда не читал его ни строчки. И о нём то знал тогда крайне мало. Мне дали почитать его стихи. И я чётко ощутил, что всё о чём мне хотелось бы писать в стихах, им уже написано. И лучше его мне не написать.
Об этом я бы мог ещё кое что интересное рассказать. Но наверно здесь это будет оф топ. Дождёмся более подходящего повода. А РМ я прочёл только в феврале 1995. И уже тогда у меня стал складываться круг друзей, которые по разному относились к РМ, но так или иначе были в теме.
А потом как я не раз рассказывал в самом конце 1988 мне сказали что я в стиха подражаю Николаю Гумилёву.
Интересно! За месяц до того, как РМ найдет меня, июнь 2017, я как раз знакомился с поэзией Гумилева. Очень мне тогда понравились его стихи. Потом оказалось, он вроде был любимым поэтом Андреева.